Смотрите в камеру. Как погаснет, вы свободны.
Включай первую камеру.
-Вы меня слышите? -Да.
-Скажите что-нибудь. -Например?
Что угодно. Мы проверим звук.
Проверка. Раз, два, три, четыре.
Хорошо. Мы почти готовы.
Вы услышите голос из студии. Тед вас представит.
Говорите в объектив.
Верно, спасибо.
Простите, но эти адвокаты предлагают услуги бесплатно.
Позвольте закончить, мэм.
Извините, я вас не вижу.
Я не связан с делом Пипера,
но я считаю, что защитник зря отступился.
Спасибо.
- И всё? -Да, сейчас сниму микрофон.
Простите.
-Что? -Насчет передачи.
-Вы молодец. -Спасибо. Где Диана и Джулиус?
В вашем офисе. В зале совещаний ждет посетитель.
-Кто? -Какой-то Дэйл.
-Доброе утро. -Как всё прошло, эксперт ты наш?
Быстро. Кто в зале совещаний?
Дэйл Кузма, редактор «Пипер Ньюз».
Черт.
Я упомянул Пипера на передаче. Он явно разозлился.
Отговорите меня, если меня еще раз пригласят на ТВ.
Подожди, поговорим о Люкке.
Спрашивать о ребенке незаконно.
А сама Люкка молчит.
Суд Маркони через два месяца.
Все изменения нужно вносить сейчас.
Вот почему Люкка молчит.
Она окажется вторым адвокатом в крупнейшем деле.
Я поговорю с ее подругой.
Майя может знать о дате родов.
А я…
-Насчет того, что вы сказали… -Я должен был промолчать.
-Это ваше с адвокатом дело. -Я его уволил. Мне нужны вы.
-Простите? -Я хочу нанять вас адвокатом.
-Что я должен сделать? -Процесс в разгаре.
-Отобрали присяжных. -К суду готовятся несколько месяцев.
Мой комментарий и критика вашего адвоката
-были неуместны. -Но… это правда?
Возможно, мне не всё известно.
Вам нужен аванс?
Судья не согласится менять адвоката посреди процесса.
Согласится. Судья его ненавидит.
Это борьба добра со злом.
-Будьте добром. -Ясно.
-В чём дело? -Еще один посетитель.
Назначать встречу уже не в моде? Кто он?
-Франц Мендельсон. -Мендельсон пожаловал?
-В приемной. Кто он такой? -Он хочет нас выкупить.
Он купил «Стэнли и Гледхилл».
Ну и что? Он поглощает мелкие фирмы.
-Он сказал, зачем пришел? -Спросить?
Нет.
Я отказался. Если хочет донести до моего клиента, пусть добавит ноль.
Мне пора. Добрый день. Франц Мендельсон.
-Здравствуйте. -Не знакомы?
-Не пересекались в Чикаго? -Мы вращаемся в разных кругах.
Сейчас мы в одном кругу. Диана Локхард, мы знакомы.
Франц, вы в прекрасной форме.
Не особо. Странные времена. Вы Джулиус Кейн?
Всё верно.
Простите, что пришел без приглашения.
Ничего страшного.
Посмотрел видео в интернете и подумал: «Вот кто нам нужен».
-Видео? Первый раз слышу. -Триста тысяч «лайков».
-Есть минутка? -Конечно.
Спасибо.
Я расскажу, зачем пришел.
-Садитесь. -Я постою.
-Люблю прохаживаться. -Я тоже.
Будем наматывать круги, как звери в клетке.
Вы уже знаете, что на прошлой неделе Уилк Хобсон совершил самоубийство.
Да, кошмар.
А в курсе, что его родители не согласны с заключением полиции?
Они считают, что это убийца-подражатель,
что адвоката убил недовольный клиент.
Несколько недель шесть крупнейших фирм согласуют ответ
по данной ситуации.
Хилла сбила машина,
Оксенболда застрелили, Хобсон погиб.
-Вас приглашают на встречу. -Мы не входим в шестерку.
Верно, но нас удивило ваше выступление
в «Кейбл Ньюз».
Мы решили пригласить еще одну фирму – вашу.
А тема встречи?
Реальная угроза жизни и источнику дохода.
Чикагских адвокатов убивают,
а власти отпускают шутки вместо помощи нам.
Нам никто не сочувствует. Придется самим взять быка за рога.
-Уважение. -Как никогда.
Мы войдем в семерку? Что ты сказал в передаче?
Понятия не имею, но звучало очень глупо.
Вы молодец. Советую глянуть.
Адвокаты давно на это напрашивались.
Ничего страшного, если будут осмотрительнее.
Простите, но эти адвокаты предлагают услуги бесплатно.
Хорошо смотришься.
Умники хорошо смотрятся в телевизоре.
-Позвольте закончить, мэм. -Простите, но я не женщина.
Извините, я вас не вижу.
Осталось 30 секунд. Тяжба сайта PeeperNews.com.
Ваше мнение насчет их шагов?
Я не связан с делом «Пипер Ньюз»,
но считаю, что защитник зря отступился.
-Позвали еще раз прийти? -На этой неделе. Я отказался.
…держаться Первой поправки. Дело не только в ней…
Большое спасибо.
Подумай еще раз. Помнишь слова Гора Видала?
«Не отказывайся от секса и выступления по ТВ».
Хорошо.
Адвокаты давно на это напрашивались.
-Все столы заняты? -Я поздно пришла.
Люкка говорила с тобой?
-О чём? -О своем… состоянии.
-Нет. -А поговорит?
Она хочет, чтобы ее воспринимали как адвоката, а не будущую мать.
Ладно.
Когда ходатайство по делу Маркони?
-Послезавтра. -Хорошо. Поручаю его тебе.
-Она главный адвокат по делу. -Но не по ходатайству.
-Возьми его. -Почему?
Я – партнер, а ты – юрист. Назначаю тебя.
-Из-за состояния Люкки? -Нет.
Есть шанс стать главным адвокатом.
Люкка знает?
Нет.
Расскажи ей.
Так и не дали стол?
Я и не возражаю. Люблю сидеть в углу.
-Езда с полицией на тебя повлияла. -Нет, я всё такая же.
Используем проблемы Минюста против них самих в отношении
слушания по Маркони.
Я изучила их график.
Они просили отложить слушания в 70 процентах случаев.
Джулиус передал мне ходатайство.
Что?
Джулиус передал ходатайство мне.
-Почему? -Он не сказал.
Упомянул твое состояние.
Зараза.
-Они просто хотят знать… -Это мое дело.
Ты права. Это твое дело.
Ты даже мне не сказала, а я твоя подруга.
Я беременна, жду ребенка.
-Поздравляю! -Спасибо.
Всё никак не могла произнести эти слова.
Странное ощущение.
Ты хорошо справилась.
Есть другая проблема. Я могу стать партнером.
Это моя первая помеха в карьере.
Они воспользуются ситуацией, чтобы отодвинуть меня.
Не смогут… по закону.
Но если промолчишь, им будет легче это сделать.
Скажут, что плохо работаешь.
Ты должна сообщить о беременности.
-Хороший аргумент. -Расскажи им.
ГРАЖДАНСКИЙ СУД
Какая встреча.
Мисс Латц, как поживаете?
Вспоминаю вас с каждым новым убийством.
А я вспоминаю вас с каждым арестом убийцы.
Столько общего. Готовы к бою?
Всем встать! Суд идет.
Выездная сессия окружного суда
начинается после перерыва между заседаниями.
Почетный судья…
Добро пожаловать.
Позвольте подготовить вас к действу.
Заседания не похожи на телевизионные процессы.
Суд идет медленно. Здесь ничего не делается за час.
Ничего не имею против телевидения, но адвокаты редко ходят в суд.
Девяносто процентов дела – это бумажная работа.
-Добрый день. -Кто вы?
-Эдриан Боузман. -Диана Локхард.
Защита ходатайствует о замене адвокатов.
Подойдите.
Вы видели такую ситуацию по телевидению.
Адвокаты делают запрос у судьи.
Поверьте на слово, это не так интересно, как по ТВ.
Ответчик хочет помешать заседанию еще до его начала.
Мистер Кузма попросил заменить предыдущего адвоката.
Ответчику позволено…
Ему позволили выбрать представителя.
-Он вдруг передумал. -Ответчик может выбрать адвоката,
но я не позволю превратить суд в чехарду.
-Это понятно? -Да.
Понятно. Мы просим отложить слушание.
Еще бы.
Мы только приступили к защите мистера Кузмы.
Подготовка к слушанию займет не меньше…
Истец возражает. Присяжные на месте, идет суд.
Принимаю.
Столько адвокатов погибло,
а в зале суда всё равно столпотворение.
Огонь всё уничтожил.
Пианино матери, мои фотоальбомы.
На фотографии ваш дом?
Да.
Теперь он выглядит так?
Внесите в протокол
утвердительный и эмоциональный ответ миссис Ханикат.
Простите, но еще один вопрос.
Это ваш пёс?
-Господи. -Да.
Он погиб в огне?
-Да. -Кто виноват в пожаре?
Протестую. Провокация, призыв к умозаключению.
Суть заседания – делать умозаключения.
Однако предупрежу присяжных.
Заседание не бывает таким эффектным, как по телевизору.
Мы не выносим заключения за час.
Слова свидетеля против обвиняемого не всегда правдивы.
Имейте это в виду.
-Продолжайте. -Я виню его и его сайт.
-Это он поднес спичку? -Нет.
Но он опубликовал наш адрес и сказал, что мы это заслужили.
-Это и есть спичка. -Спасибо. Мне очень жаль.
Как звали собаку?
Пушок.
-Вы нашли Пушка? -Нет.
Не поддавайся на провокацию.
Сожалею о вашей потере.
Кто сидит рядом с мисс Вуд-Латц?
Мой сын Дэннис.
Ваш сын живет с вами.
Пока да.
Он жил с вами в сгоревшем доме?
Он помогал мне после операции на бедре.
Ваш сын – неонацист. Я прав?
-Протестую! Провокация. -Свидетельница может возразить.
Вопрос оправдывает поджог.
Вопрос объясняет, почему клиент опубликовал адрес.
-Ваша честь! -Его судят за это.
Извините за всплеск эмоций. Бывает, ситуация выходит из-под контроля.
Отклоняю. Можете ответить.
Он хороший мальчик, работящий и начитанный.
Он не нацист, или как вы там его назвали.
Он присутствовал на протесте возле статуи солдата конфедерации.
-Как любитель истории. -Это фотография Дэнниса?
Он кричит, чтобы люди остановились.
Миссис Ханикат.
Так выглядит человек, который просит людей остановиться?
Триста тысяч.
Не заметили, как шло заседание? Присяжные ее обожают.
И ненавидят ее сына.
Трехсот тысяч хватит, чтобы отстроить дом.
Десять с половиной миллионов за моральный ущерб.
Полная колода.
Все, кто не брал меня на работу.
Элвис Уайт здесь.
Роджер Вудраф дважды обставил меня в суде.
Я словно в кошмаре и расхаживаю голая.
Простите.
-Эдриан. -Франц.
-Добрый день. -Спасибо, что пришли.
-Спасибо. -Давайте начнем.
-Нет, спасибо. -Спасибо.
Мисс Вуд-Латц.
Они притворяются, что разные.
Сейчас узнаем, почему шакалы не уживаются вместе.
ХОРОШАЯ БОРЬБА
Я рад, что все мы в добром здравии.
Сначала прошу пожертвовать
двадцать тысяч долларов для вдов павших собратьев.
К чему такая скупость? Дадим по 40 тысяч.
Мы не бедствуем.
Руководствуйтесь вашей сознательностью.
К сожалению, приходится самим заботиться о себе.
Без защитников мы стали объектом ненависти.
Не люблю пафосных речей, но на нас охотятся.
Не любит пафос.
Как это назвать? Трое адвокатов убиты…
-Клиентами. -…а власти отпускают шутки.
-Не без основания. -Нет.
Что за гвалт? Подождите.
Кто из вас передал полиции список клиентов?
Поднимите руку. Никто.
Замечание не по теме. Адвокатская тайна…
Это чушь.
Если захотим, прокурор достанет записи за пять минут.
-Подождите! -Никто не хочет.
От нас уйдут клиенты.
Если они узнают, что мы передали список…
-Даже невиновный уйдет. -Нет, проблема в нас.
Мы боимся, что уведем клиентов друг у друга.
-Внутреннее воровство. -Какой выход?
Полиция говорит, что это наши проблемы.
Напомним, что мы не голодранцы, что мы платим большие налоги.
Поговорите с Рамом. Он знает, откуда идут деньги.
-Да. -Рам не согласится.
В отличие от помощника, Уоррена Хессемана.
Точно. Уоррен намекнул, что будет баллотироваться в 2019 году.
Ему нужны адвокатские деньги.
Он дружен с полицией.
-Проблема решена. -Спасибо, Эдриан. Хорошая идея.
Пять минут до эфира.
ИТОГИ ДНЯ
Вернулись.
-Да. -Хорошо.
Только не переходите черту, не нападайте на меня.
Не понял.
Я молодой и дерзкий активист. Вы пожилой деятель времен Обамы.
Типичное представление двух черных экспертов.
Каждый в своем русле.
Хорошо?
Спасибо, что пришли. Вирусный ролик удался на славу.
-Так держать. -Спасибо.
И вновь с нами эксперты в области права.
Они обрисуют текущую ситуацию.
Четвертую неделю подряд мы обсуждаем череду странных смертей.
Клиенты убивают адвокатов.
Накануне произошло еще одно убийство.
Адвокат была застрелена, когда выходила со стоянки.
Донна Эванс защищала мечеть, оскверненную вандалами.
Полиция подозревает ее бойфренда, но многие считают, что это был клиент.
Ваше мнение?
Это часть антиисламской истерии, что начал Дональд Трамп.
Притеснение мусульман.
-Не всё является расизмом. -Расизм есть расизм.
Эта женщина имела дело с исламскими радикалами.
О чём она думала? Ей жить надоело?
Оскверненная мечеть, а не ИГИЛ.
Она каждый день имела дело с исламским экстремизмом.
Знай, во что ввязываешься.
-Вы понимаете, о чём говорите? -Мы вас слушаем.
-Я промолчу. -Я знаю не меньше вашего.
Мы принимаем экстремистов
во имя открытых границ и глобализации.
Вы говорите о реальных людях. Я знал Донну Эванс.
Она была прекрасным адвокатом. Вам с ней не сравниться.
Я не защищаю исламских радикалов.
Нет, вы получаете 170 тысяч долларов в год
за невежественные речи.
Как вы смеете? Сколько вы зарабатываете?
Пришел, весь такой надменный.
Решил занять мое место? Посмотрим, кто победит.
Я должен был озвучить правило «Кейбл Ньюз».
«Никогда не упоминай деньги».
-Да. -Рад был познакомиться.
-Эдриан. -Доброе утро.
-Любопытное зрелище. -Какая часть?
Сто семьдесят тысяч. Он столько получает?
-Я вышел из себя. -Нет.
Я видела тебя в гневе. Ты всё спланировал.
Прирожденный скандалист.
Простите, что пристаю. Вы тот гость из «Кейбл Ньюз»?
Мама весь вечер о вас говорила.
Можно автограф? Ее зовут Юнис.
Сторона защиты назвала вас нацистом.
-Это правда? -Нет.
Вы пришли на митинг на мемориальном кладбище «Оак Вудс».
Там якобы собрались неонацисты.
Я почтил память солдат конфедерации, погибших в тюрьме.
Утверждается, что вы приняли участие в митинге,
целью которого было запугивание различных этнических групп.
Но это не моя цель. Я не хочу забывать об истории.
Конечно, она не идеальна.
Но могилы конфедератов
рядом с могилами темнокожих Джесси Оуэнса и Гарольда Вашингтона.
-Об этом нужно помнить. -Я поняла.
-Вам пришлось уйти с митинга? -Пора действовать.
-Как? Зачем? -Присяжные.
Они глаз с тебя не сводят. Вот что творит телевидение.
-Спасибо. -Мать честная.
-Вопросов нет. -Покажи им.
Мистер Ханикат,
вы знали, что на митинге собрались нацисты,
но сам вы не нацист?
Ни капли.
Вы из тех «прекрасных людей», о которых говорил президент?
-Протестую. Сарказм. -Это прямая цитата.
Протест принят.
Согласно вашей странице на «Фейсбук»,
вы реконструктор Гражданской войны.
Да.
Вы опубликовали гневный пост о форме,
которую носят реконструкторы.
Мундир с липучками во время битвы при Чикамоге
говорит о неуважении к истории.
Вы серьезно относитесь к форме.
Расскажите о форме, в которую вы облачились на митинге.
Я не надевал форму.
Белая рубашка и штаны цвета хаки, как у других молодых людей.
Протестую. Как и продавцы в магазинах.
-Спорный момент. -Принято.
Вам знаком сайт «Могучий молот»?
Я слышал о нём.
«Снимите коричневые рубашки и повязки со свастикой.
Власти не должны опознать современный вермахт.
Только штаны цвета хаки и белые рубашки».
Я не думал об этом, когда одевался.
У меня нет повязки со свастикой.
Мне не нравится сравнение с такими людьми.
Или с продавцами.
-Ваша честь. -Мистер Боузман,
-снизьте накал иронии. -Конечно.
Простите, если я превратно истолковал ваши убеждения.
Мы сумели восстановить посты,
опубликованные вами в 2012 году.
Позже их удалили.
-Позвольте зачитать. -Протестую.
Предвзятость. Прошло шесть лет.
Свидетель может опровергнуть.
Протест отклонен.
«Со свастикой мы становимся легкой добычей.
Как белый колпак Ку-клукс-клана.
Обличённые властью должны забыть о нашем существовании.
Евреи делают деньги,
гомосексуалисты отравляют культуру,
эфиопы настолько тупы, что вообще не понимают, кто мы».
-Я в это не верю. -А тогда верили?
Я цитировал других людей.
Это обычный пост, провокация.
Провокация? Евреев?
Гомосексуалистов и черных?
Нет! Я не это имел в виду! Я в это не верю!
Прошу сделать перерыв.
Свидетелю нужна новая маскировка.
Они сейчас придут. Всё хорошо?
Да, а что?
Ничего. Просто спросила.
-Я беременна. -Поздравляю.
-Всем рассказываю. -Я организую праздник.
Пожалуйста, не надо.
-Теперь уже поздно. -Ненавижу такие вечеринки.
По новой традиции: со стриптизёром.
-Прости, что заставили ждать. -Идем.
Спасибо.
Официально сообщаю о своей беременности.
Наверняка вы гадали, почему я молчала.
Это непредвиденные обстоятельства.
-Можно прервать? -Конечно.
-Поздравляю! -Прекрасно выглядишь.
Спасибо.
Роды намечены на 22 мая.
Я вернусь к работе 25 мая. Пропущу только три дня.
Заседаний не будет.
Посещения врача до девяти утра.
Уход за ребенком обеспечен.
Мне не нужны пособия.
Я продолжу работать в полном объеме и без заминок.
Я хочу вернуться на позицию главного адвоката в деле Маркони.
Я работала над ним целый год.
Как отец шестерых детей,
я хочу подчеркнуть объем работы.
-Поняла. -Я хочу добавить,
согласно закону, мы тебя полностью поддерживаем.
Приступай.
Как прошло?
Что мы думаем?
Думать по закону не положено. Будем реагировать.
Оценим по работе в суде.
Держите Майю наготове.
Это Уоррен Хессеман, помощник мэра.
Мой лучший друг – адвокат.
Нам без них не обойтись. Они наши хранители.
Будьте нашим посредником с полицией.
Она не воспринимает убийства всерьез.
Это не так, хоть и может показаться.
-Мы не согласны. -Уилк Хобсон не убивал себя.
Я его знала. Ему звонили с угрозами.
-Полиция это расследует. -Они уже закончили.
-Назвали самоубийством. -Неофициально.
Мы считаем, что полиция легкомысленно относится к делу.
-Как нам реагировать? -Я передам вашу озабоченность.
-Но мне нужна помощь. -Вот и требование.
Нет. Ошибочно или нет, но полиция считает вас врагом.
Бывает, что по делу.
-Почему? -Подаете на них в суд.
Мы следим за их порядочностью.
Некоторые фирмы специализируются на исках.
Говорите прямо.
Здесь только одна фирма, 60% исков которой
-против полиции. -И все обоснованы.
Мы это не отрицаем, но такая провокация
-настраивает полицию против вас. -Жертва сама виновата?
Виновных полицейских надо судить,
но ведь иски получают и невиновные люди.
Это осложняет диалог.
Зачем нам дружба с полицией?
Мы хотим, чтобы она работали!
Хорошо, закончим на этом.
Сделайте всё, что в ваших силах,
а мы постараемся помочь.
Их не касаются наши дела с полицейским произволом!
-Мы так и сказали. -Тогда к чему разговор?
Мы объясняем, как нас воспринимают.
Полиция продолжит работу,
если мы откажемся от исков?
Хессеман просил придержать коней. Я вроде не соглашался.
Но говоришь об этом. Это же демотивация!
Надо было молчать?
Надо было уйти со встречи.
Нас пригласили, чтобы мы бросили дела
против полиции.
Не согласна. Нас пригласили в шестерку крупнейших фирм!
Ради этого стоит немного потерпеть!
Если попросят сделать то, что нам не нравится, мы откажемся.
Слова адвоката или телеэксперта?
Защита просит исключить показания доктора Уильяма Брентвуда.
Это ходатайство номер 234…
СУДЬЯ КЛОДИЯ ФРЕНД
…или 235?
У меня такое же чувство, Ваша честь.
Не надо мне поддакивать.
Столько у нас ходатайств.
Что за доктор Брентвуд?
Обвинитель вызовет этого эксперта
обсудить брызги крови.
-Позвольте… -Я не закончила говорить.
Мы просим сторону обвинения опубликовать его заключение.
Это похоже на скрытие доказательств.
У меня приоритет ходатайства.
-Процессуальный. -Надо было раньше сказать.
Я не успел: вы так быстро подключились.
Удивительные люди. В чём суть ходатайства?
-Отложить рассмотрение. -Еще раз?
Сторона обвинения просит перенести суд на 21 мая.
Что за вздор? Обвинение просит отсрочку в четыре месяца.
Резкое высказывание. Несколько недель – обычная практика.
Ходатайство лишает нашего клиента права на скорый суд.
Несколько месяцев не нарушат его права.
Забавная сцена. А теперь оба выйдите в коридор,
достаньте ежедневники и договоритесь о дате.
Жду вас через час с предложением.
Ты пользуешься ситуацией.
Не пользуюсь, а веду судебное дело.
Занято!
Ты хочешь перенести суд на неделю родов.
Как еще это назвать?
Я выбрал дату, удобную для прокурора.
Я не думал о беременности, как ты и хотела.
О боже, до меня дошло. Ты хочешь видеть в суде Майю.
Что?
У нее мало опыта. Вот в чём дело.
Может, хватит теорий заговора? Я не строю никаких козней.
Привет. Можно сесть? Я спешу на работу.
Конечно. Я тоже спешу.
-Ненавижу работать на юристов. -Точно.
-Где работаете? -«Мендельсон, Грант и партнеры».
Говорят, там непросто. У какого адвоката?
-Франца Мендельсона. -Крутой парень, куча клиентов.
-У вас же появился новый клиент. -Вы о ком?
Кто-то… видела же документы. Из полицейского управления?
Да, гражданские дела. Пока не получили, но стараемся.
-Да, наверное, они. -А вы в какой фирме?
«Пинвил, Винклер и партнеры».
Пинвил, Винклер… Не слышала.
Только открылись.
Мне пора.
-Удачи с полицией. -Спасибо.
Есть новости о Франце Мендельсоне.
Серьезно? Спасибо, Марисса. Потрясающая работа.
До встречи.
Ваша честь! Защитник закатил глаза!
Неумышленно. Иногда мои глаза живут своей жизнью.
Мистер Боузман, воздержитесь от зрительных комментариев.
Конечно.
Позвольте задать вопрос на руку истцу.
Почему вы опубликовали имя и адрес истца?
Я ненавижу нацистов. Меня воротит от нацистских маршей.
Я предумышленно вызвал моральные страдания? Надеюсь, да.
Где вы взяли адрес Дэнниса Ханиката?
В телефонной книге.
-В телефонной книге? -Да.
Вероятно, поджигатель нашел адрес в телефонной книге.
Протестую. За рамками дела.
Понятно, почему ответ неприятен.
-Прошу адвокатов мой кабинет. -Зачем?
Я так сказал!
Прекратите рисоваться.
-Прошу прощения? -Не прикидывайтесь.
-Вы заигрываете с присяжными. -Я просто…
Да, я пытаюсь понравиться присяжным.
-Это моя работа. -Следите за тоном.
Он пользуется славой на ТВ.
-Я защищаю клиента. -Позёрство.
Я не потерплю этого в зале суда.
Мне всё равно, сколько раз вас приглашали на телевидение.
Оставьте это за пределами суда.
Пожалуйста, скажите, что должен изменить мистер Боузман?
-Простите? -Что в своем поведении
-он должен изменить? -Не рисоваться перед присяжными.
-Не смотреть на присяжных? -Я говорю не об этом.
-Не вставать со стула? -Нет, он меня понял.
Всё, что делает мистер Боузман,
это эффективно защищает клиента.
Вы просите изменить поведение, но не говорите как.
-Я протестую. -На что?
На ваш приказ отказаться от эффективной защиты клиента.
-Я просил не об этом. -Вы принимаете протест?
-Нет. -Прошу дать постановление.
Цитирую уважаемого адвоката: «Дайте постановление для апелляции».
Дам одно для разнообразия: протест отклонен.
-Спасибо. -У вас выигрышное дело.
Но вы стараетесь его проиграть.
Вы суёте нам палки в колеса. Присяжные об этом узнают.
-Что-нибудь еще? -Да, на выход.
Спасибо.
Я думал, что я скандалист.
Сейчас Марисса расскажет новость.
-Что у вас? -Ваш друг Мендельсон
вас обманывает.
У нас нет новостей о расследовании,
но я хочу обсудить встречу с Хессеманом.
Зачем? Он перевел стрелки на нас.
Я не согласен. Прозвучало конструктивное предложение.
Какое?
Обвинения в полицейском произволе
словно бельмо на глазу.
Дело не в количестве,
а в содержании, накале.
-Мы не берем такие дела. -Эдриан,
вам есть что сказать?
Нет.
Мы пытаемся сотрудничать.
Вы бросаете бомбу в полицию, а нас задевает волной.
Не пора ли изменить подход?
Если откажетесь от нового клиента.
Новый клиент? Не понял.
Два месяца назад вы убеждали полицейское управление,
что защитите их от нападок.
Это не так.
Это ложь, что департамент полиции Чикаго
подумывает вести дела с вашей фирмой?
Мои дела не имеют отношения
к работе нашей группы с полицией.
Есть граница.
Так это правда, Франц?
Ты просил их не давить на полицию,
чтобы заполучить контракт?
-Это никак не связано. -Еще как связано!
Никто не поверит, что я опущусь так низко,
что буду использовать группу.
Я верю.
-Я тоже верю. -И мы.
-Прошу нас извинить. -Спасибо.
-Ничего себе. -Вы нас разочаровали.
Похоже, вы готовы. Что решили?
Мы не пришли к соглашению.
Потому что помощник прокурора настаивает на дате,
когда должен родиться мой ребенок.
-Поздравляю. -Спасибо.
Вы объяснили ситуацию помощнику?
В этом нет необходимости. Он уже знает дату.
Он отец.
Всё верно.
Помощник прокурора использует знания о моей ситуации
-в своих корыстных целях. -Ваша честь…
Он хочет избавиться от меня, чтобы выиграть дело.
Это…
Мистер Морелло, ваша очередь.
Поделитесь мыслями.
Я попросил…
Ваша честь.
Я попросил об отсрочке,
чтобы дать Министерству юстиции время на подготовку.
У нас уволилось много адвокатов.
Помощник прокурора передал мне дело и покинул пост.
-Мисс Квин предлагает… -Зови меня Люкка.
Судья знает, что мы близко знакомы.
Она права.
Предположение Люкки цинично и даже лицемерно.
Она использует беременность, чтобы вызвать у вас сочувствие.
Я заметила.
У ребенка будут классные родители.
Я не дам отсрочку.
Мистер Морелло, ваши мотивы узнать невозможно,
но ситуация выглядит плохо. Я не буду вам потворствовать.
Готовьтесь к заседанию суда.
Мисс Квин,
беременность не даст вам никаких поблажек на суде.
Вы тоже готовьтесь.
Я не пытался отстранить тебя.
Прости, ты назначил встречу?
Я не придумал стратегию.
Я не пытался избавиться от тебя.
А что ты делал? Отойди и отвернись.
-У нас будет ребенок. -У меня будет.
-Отсрочка пошла бы тебе на пользу. -Ну конечно.
А я думала, что хуже быть не может.
Суд будет нервным.
Двойное убийство. Мы будем кричать друг на друга.
-Можно повернуться? -Вообще-то, нет.
-Господи. -Ты понимаешь, как это оскорбительно?
Колин, меня беспокоит твоя повышенная чувствительность.
Тебе лучше переждать.
В первый год моей работы у помощницы прокурора был выкидыш.
И это может произойти со мной?
Я могу хоть немного беспокоиться?
Нет.
Во мне частица твоей ДНК.
У нас был секс, о котором мы пожалели.
-Я не жалею. -Это твоя проблема. Пока.
-Я пришел не за этим. -Я в полном порядке.
Вы представляете «Пипер Ньюз»?
А что?
Мы арестовали кое-кого полезного для вас.
-Кого? -Тебе же всё равно.
-Теперь не всё равно. -Я пошел.
Кого?
Лейси Хармон, антифашист и дневной трейдер.
Вы знакомы с истцом, Дэннисом Ханикатом?
Нет, но я о нём слышала и сожгла его дом.
-Боже. -Что она сказала?
Попрошу тишины.
-Как вы нашли его дом? -В интернете.
В «Фейсбук» есть фото с его домом и названием улицы.
Вы не искали адрес на PeeperNews.com?
Я узнала о сайте, когда вы меня нашли.
-Больше вопросов нет. -А у вас, мисс Вуд-Латц?
-Прошу перерыв. -Перерыв на обед.
-Триста тысяч. -Нет.
Будете настаивать – мы подадим встречный иск.
Поздравляю.
Офис Дианы Локхард.
Её сейчас нет на месте.
Я звонил вам.
-Зачем? -Поблагодарить.
Спасибо, что откопали компромат на Мендельсона.
Да нет, это просто…
-Примите благодарность. -Да, пожалуйста.
И повышение на 10%.
-Вы… серьезно? -Отличная работа.
Спасибо. Мне первый раз повысили зарплату.
Уверен, что не последний. До встречи.
Что случилось с юристом?
Вы.
Не вставайте.
Как поживаете?
-Хорошо. -Отлично.
Коллектив вас обожает. Вы умный, красноречивый.
Нам понравилось, как вы накалили обстановку.
-Злой черный парень? -Нет, это скверный стереотип.
Просто поддайтесь порыву. Зрители взвинчены.
Они слушают тех, кто озвучивает их мысли.
Нам нужны вирусные ролики.
Увидимся в студии. Классный жилет.
Почему расизм односторонний? Вот что я хочу знать.
Я каждый день вижу расизм по отношению к белым.
-Я расист, если об этом говорю? -Эдриан, что думаете?
-О чём? -Насчёт слов Чака.
-Расизм односторонний? -Это его мнение.
Взять вашу фирму.
Вам дают контракты без конкуренции, потому что вы афро-американцы.
И что должен думать белый юрист?
Я не знаю.
Чак говорит о двойных стандартах. К примеру, хип-хоп.
Мы говорили об этом на предыдущем шоу.
Темнокожие реперы постоянно говорят слово на «Н»,
а белые не могут.
-Так скажите. -Что?
-Скажите, что хотите сказать. -Я не хочу.
-Я говорю, что не могу. -Конечно, можете. Говорите.
-Скажем вместе. -Это лицемерие. Мы не можем.
Еще как можете. Мы в Америке. Давайте вместе.
-Следующая тема. -Почему?
Зачем другая тема, если вы хотите сказать это слово?
Все вместе.
Козлина.
Достаточно злости?
-Я ему не понравился. -Вы молодец.
Перевод субтитров: Светлана Овчинникова